О вреде диет

Потом был завтрак. Хиори с мрачным удовлетворением мазохиста елозила ложкой в каких-то галимых хлопьях с молоком, изредка с тоской поглядывая на Йоруичи, поедающую Страшно Жирную и Вредную Пиццу.
Третью за последние десять минут.
- И как ты столько жрёшь и не толстеешь, а? – Хиори ткнула ложкой в пирамиду из коробок, высящуюся сбоку на столе.
Йоруичи как-то совсем не аристократично замычала, спешно заглатывая очередной аппетитный (Страшно Вредный!) кусок. Взяла следующий и ткнула им в Хиори наподобие указки.
- Я не жру, а ем. Организм требует… - Йоруичи нежно посмотрела в сторону ещё двух коробок, жареной курицы и вчерашнего бульона.
Хиори с тоской глянула туда же.
На пару минут обе слегка зависли.
- Хиори.
- А? – неумно ответила та.
- Ты же взрослая баба уже. Может, хватит фигнёй страдать?
Пару секунд Хиори почти готова поддаться. Но…
- Иди к чертям, Йоруичи. Без тебя разберусь. – В её голосе отчётливо послышалось сожаление.
Та фыркает, ухитряясь при этом прожёвывать кусочек от крылышка.
Помолчали.
- Нафиг. Эй, Йоруичи? – Хиори отодвигает от себя тарелку, поднимает взгляд. – Поцелуй меня, слышишь?
Она встаёт, наклоняется к «подруге» через стол. Йоруичи спокойно дожёвывает, облизывается.
- Не буду. – Усмехается, подпирает подбородок кулаком, хитро так кося взглядом снизу вверх.
- И какого?.. – Хиори тут же оскорблено отстранилась.
- Хлопья твои… - она скорчила рожу. – Бе-е…
- Ну и овца.
Хиори села, снова пододвинула к себе тарелку. На хлопья посмотрела уже с ненавистью. Йоруичи с независимым видом уплетала бульон. Хиори повозила ложкой по дну, помешала. Потом начала уже совсем бездумно гонять одну плавающую на поверхности хлопину за другой.
Обе были ребристые и смутно напоминали маски Пустых.
Этим они себя дискредитировали окончательно.
Хиори откинулась на спинку стула, прикрыв глаза. Волосы отвратительно лезли в лицо, резинка засела на веки вечные, Йоруичи сидела напротив и ЕЛА.
Короче, день начался фигово. А, да, ещё на плечах немного саднили вчерашние царапины – Йоруичи, блин… Чёрт, эта Йоруичи.
Аж зла на неё не хватает.

Каракура, на самом-то деле, была просто удивительно бестолковым городом. Не из-за суетливости или запруженности народом, в этом-то она как раз была почти идеальна. Но вот улочки…
Они раздваивались и сходились, сужались и расширялись, путались, походили одна на другую, петляли и сворачивали в десяти метрах от пункта назначения… Иногда Хиори была уверенна, что она обладает такой хренотенью, вроде разума. Разума причём явно бабского, стервозного такого из себя. Хиори она бесила.
Было похоже, что и Хиори её тоже.
Идиллия, вообщем.

Но это всё было бы вообщем-то, по барабану, если бы Йоруичи не решила вот конкретно сегодня, сию же секунду потащить Хиори то ли по барам, то ли по шмоткам, то ли кого-то мочить. Хиори не вслушивалась, она орала. Потому что резинка явно бросила Йоруичи вызов, а та смиряться с этим не собиралась.
Больно короче было, очень. Не так, как катаной в бок, конечно – но тоже очень и очень нехило. Более чем.
Хиори хотелось убить Йоруичи, убить резинку и побриться наголо. А, ну да - ещё надо было убить Шинджи, который был, как обычно, больше всех во всём виноват. А кто, если не он?
Йоруичи резинку таки-победила, явно воспользовавшись парочкой особо жестоких методов второго отряда, предназначенных для уничтожения противника. И даже хвостики завязала, достав чёрт знает откуда вторую потерянную резинку. Она была почему-то другого цвета, но это было не то что бы важно. Даже лицо дала какой-то своей хренотенью намазать, чтоб не так помято выглядело.
Потом оделись, и Йоруичи всё-таки куда-то поволокла. Как говорилось, Хиори особо не поняла куда – так что отдалась течению событий в лице неугомонной любовницы. Йоруичи очень хотелось назвать другим словом, но ведущую роль ей отдавать никто нифига не собирался.

Кстати, Йоруичи Каракура почему-то любила намного больше, чем Хиори. Так что та и без шунпо добиралась до места назначения в рекордные сроки. Хиори оставалось только злобно ругаться и лелеять мечту о дне, когда в Каракуру явится Кенпачи.
Собственно, «местом назначения» оказалось… кафе.
- Ты издеваешься, да? – без особой надежды спросила Хиори у мусорного контейнера.
- Да ты что? Это же моё любимое кафе! Тебе там понравится. – Почему-то Хиори показалось, что помимо воодушевления в голосе у Йоруичи послышалось ехидство.
Хиори как-то тут же поняла, что на позициях её ненависти она железно занимает первое место. Эту кошатину оттуда не вытурит даже Айзен, пожалуй. Жаль, что при попытке треснуть тапком та стопроцентно увернётся.
А потом Йоруичи снова ЕЛА. Хиори мрачно тянула из стакана какую-то синюю муть, которую тут называли коктейлем. А, точно эта дрянь ещё и издевалась, красочно расписывая в перерывах между пережёвыванием пищи «как всё вкусно».
Кафе было маленькое, уютное. Хиори хотелось убить его ещё больше, чем резинку.
Кафе мило улыбалось картинами, официантами и идеально чистой поверхностью стола.
Оно тоже явно издевалось.

Потом была драка с официантом, который чересчур нагло пялился к Йоруичи в вырез майки, разборки с хозяином, который был в результате бит тапком, хохочущая Шихоуин, которая всё это безобразие заедала пломбиром и лимоном. Хиори повторно разъяснила хозяину, на что именно он похож, и чем ему предстоит заниматься с официантом, счётом и моральной компенсацией. Тот впечатлился.
Потому обе «дамы» кафе покинули почти без потерь. Хиори теперь значительно больше любила окружающий мир, и даже готова была признать, что хотя бы Каракуру пока не стоит убивать. Йоруичи вещала что-то… про что-то, и тоже была, в целом, довольна.
Официант смотрел им вслед из окна, размышляя о несомненной пользе своей «нетрадиционной» ориентации для душевного спокойствия.
День только начинался.